«Поскольку нужно сделать быстрый переход, я оттолкнусь от идиотского вопроса, который мне был задан. То, что я называю идиотским вопросом, не то, что можно было бы предположить, я хочу сказать, что это не то, что мне не нравится.
Я обожаю идиотские вопросы.
Я обожаю тоже идиотов - и идиоты тоже, кстати, идиот не имеет половой привилегии. Чтобы покончить с этим, тот, кого я называю идиот, это некто, кто по случаю просто напросто натурален и чист. Идиотизм, его не спутать с сингулярностью, это нечто натуральное , простое, и часто связано с ситуацией.
Человек, о котором идет речь, который даже не открывал мою книгу [écrits], задал мне следующий вопрос - какая связь [lien] между вашими писаниями?
Я должен вам сказать, что этот вопрос не приходил мне на ум, находясь наедине. Я должен также сказать, что этот вопрос не мог прийти мне на ум, поскольку он никому не приходил. Но, по-правде говоря, это очень интересный вопрос, на который я приложил все своим усилия, чтобы ответить, и ответить, бог мой, поскольку он был мне поставлен. Я хочу сказать, что поскольку он был мне задан впервые , он стал для меня источником истинного вопрошания.
Говоря быстро, я скажу, что я ответил на него в следующих понятиях. Вот как они могли бы быть представлены тому, кто их [écrits] откроет, то, что, мне кажется, создает связь [lien] между писаниями, начиная со "Стадии зеркала" до последних замечаний о том, что я мог вписать под рубрикой "Ниспровержение субъекта" - это идентичность (l’identité) субъекта, более точно, это нечто порядка того, что называют идентичностью, с которой каждый вправе связать себя, чтобы приложить (s’appliquer) к самому себе. В конечном счете, это и было бы этим, этой связью (le lien).
Даже если это не совсем то же самое, это не обходится без связи с означающим, которое не умеет означать само себя - замечание, от которого, говоря в этом году о логике Фантазма, я полагал оттолкнуться, и которое ни есть нечто новое для тех, кому это уже привычно здесь.
Но, наконец, для того, чтобы сказать вещи так, чтобы они резонировали, точка отправления моих писаний, и то, что остается связью между ними в этом сборнике, и что является вопросом глубоко дискутировавшимся уже давно, выражается в этой формуле, которая приходит всем и которая этим поддерживается, я должен это сказать, с прискорбной уверенностью.