Дорогой дневник, клиническая практика в четверть века все настойчивее подталкивает меня заглянуть наконец в момент заключения произведения, которое я без устали изучаю все это время и которое называют «Учением Лакана». По мере прочтения, я с удивлением для себя обнаруживаю, как озвученное Лаканом более сорока лет назад, угадывается в современном течении жизни, в этих сетях, визуализациях, нейробихевиоральных идеях, подталкивающих капиталистический дискурс. Вижу, как работают его интуиции и предчувствую (возможно напрасно, но пока так), предел разработанности его идей при столкновении с феноменом ИИ.
Тем актуальнее на сегодняшний момент, мне кажется, разобраться с заключительными идеями Жака Лакана относительно структуры субъекта.
При прочтении того, что записано из Семинара «Топология и время» Жака Лакана, меня невероятно интригует его приглашение исследовать интуицию относительно возможности представить субъект не только редуцируемым к минимальной цепочке означающих S1->S2, но и многоэтажным, многослойным в результате умножения цепочки на количество означающих цепи. В итоге мы получаем субъект в виде, описанном как Риманова поверхность.
Введение в игру этой поверхности, обещает целый ряд эффектов, и во-первых, мы находим динамический шаг от формализма представления субъекта в геометрическом рациональном порядке логики к топологическим поверхностям.
Намечаем ось от растворения Эго как экстатического состояния (как в экстазе святой Терезии, не вписанного в фантазм и названо в XX семинаре «не-все»), к растворению Эго при «исчезновении» тела, как в случае Джойса, тело которого ниспадает, как «банановая кожура».
Также можно продвинуться от вопроса о существовании субъекта к вопросу об афинизисе субъекта. И поставить вопрос как помыслить того, кто обретает все права на существование в новых (?) структурах, обитающий в плохо говорящем теле, в привычном смысле этого слова, того, кто угадывается за неологизмом Ж.Лакана LOM.
«Субъект – независимо от того, сознает ли он, эффектом какого означающего является - скользит по в цепочке означающих от звена к звену. Субъект - эффект промежуточный: он служит посредником между тем, что характеризует одно означающее и другое означающее, поскольку каждое из них представляет собой элемент цепи. Единственное основание ввести в мир Одно дает нам означающее как таковое, то есть означающее, которое мы научились отличать от сопровождающих его эффектов означаемого.» стр.65 XX семинар.
Построение субъекта от его определения, как эффекта означающего S1->S2 (Est-ce un? Est-ce deux?), к последнему акту учения уже на этапе XX семинара пересматривается Лаканом и он вводит новое понятие «рой» означающих (*стр.170 XX семинара «Еще»):
S1 (S1 (S1… (S1 ->S2)))
Понятие это он вводит уже усвоенным нами способом, вводя в игру йазык и транскрибируя означающее «S1» - essaim с французского «рой», «стая», скопление», «множество». «Этот рой, essaim S1, господствующее означающее, и есть то самое, что обеспечивает единство, единство совокупления субъекта со знанием». Здесь просто огненный привет любимому Александру Черноглазову за метафору, теперь то понятно, чем таким субъект занимается со знанием. Но отвлекаясь от этой фаллической ноты, стоит обратить внимание на то, что обнаруживается за фаллическим, то, что может увлечь в переходе за/через фантазм по направлению к Реальному. Вот что за Лаканом записано далее: «Только в йазыке, и в нем одном, можно, подойдя к нему как к языку, выделить то, что в античной лингвистике получило название элемент. И не случайно. Означающее Один – это не просто означающее, какое попало. Это строй означающих, возникающий в результате той операции включения, на которой цепочка держится.»
И тогда на первый план выходит вопрос, не о самих S1, а каким образом этот строй задан S1(X).
Вот ось, на которой Риманова поверхность крутится в случае «судьбоносных сдвигов» невротика – в его переходах к действию (passage a l’act) или торможению, пытающегося удержаться в своих грезах и старательно штопающего расползающуюся от пробуждающих ударов Реального ткань своего фантазма, свою реальность. С безумством, достойным лучшего применения, пытающегося удержаться в этой прекрасной барочной эстетике, «где говорят, там наслаждаются и ничего не знают» (стр.125 XX семинар «Еще»).
Интуитивно понятно, что «судьбоносный сдвиг» в неврозах призван модифицировать реальность, в которой возникает дыра, между i(а), сопряженным с Moi и I, если рассуждать в знакомых нам еще со стадии зеркала схемах (схема R). Дыра задействует фигуры воображаемого другого i(in(…i2(i(a)…)), доступные субъекту как последовательные идентификации, отсылающие к образу тела. И так, далее, в математических терминах тело появляется в этих формулах как «мнимая» величина, из области комплексных чисел. Интересно, что по-русски мы говорим «мнимые» числа, «мнимые» единицы, а по-французски imaginaire (les nombres imaginaires, L'unité imaginaire) с прямой отсылкой к Воображаемому и т.д. И далее можно сделать следующий шаг к римановой поверхности - как к функции от мнимого числа.
Как раз эти ходы Лакан и приглашает исследовать в «Топологии и времени», предлагая к рассмотрению как интуицию.
И тут, наверное, пока стоит остановиться, чтобы не жонглировать терминами и слишком быстро не латать дыры, сшивая подобно невротику, крепкий концепт, подобный фантазму в некоторые периоды истоеризации субъекта, чтобы сосредоточиться на моментах, когда в цепочке S(X) возникает дисфункциональный элемент – афанизис - в простонародии называемый безумием.
Потому что, кроме волнительного измышления теории, у нас еще есть клиника, в которой более чем актуальны вопросы: Каковы способы удержать цепочку, представляющую субъекта, от расползания или вновь связать ее?
P.S. И, кстати, то, что размышляя о теории в таких координатах, мы оказываемся на очень зыбкой почве, подтверждают штудии некоторых наших соотечественниках начала прошлого века, в числе которых были Павел Флоренский и футурист Велимир Хлебников, которые всерьез связывали теорию мнимых чисел и существование души, имея в виду тот факт, что, согласно формулам теории относительности, движение со скоростью, большей скорости света формально соответствует превращению размера тела, его массы и энергии в мнимые величины.
В творчестве Хлебникова, кстати, масса упоминаний мнимого числа как знака “того света”. К примеру: «И, корень взяв из нет себя, / Заметил зорко в нем русалку» (Ладомир, 1920); «‹...› оси, корни из мнимой нет-единицы русалок протягиваются и да-единицам люда» (Разин напротив. Две Троицы, 1922). В рукописях Хлебникова 20-х годов: «Кроме рождения и смерти, в жизни есть третья точка — расцвет деятельности, несомненно идущая в направлении √−1 ко всей жизни (боковая ось жизни)» (Доски судьбы, Мера лик мира, 1922). В другой рукописи (1920) сами мнимые числа названы боковыми: «Ус и ось: ус говорит о боковом движении прочь в сторону под прямым углом к главной ‹оси›, так что ус = √−1 (главной оси)».